?

Log in

No account? Create an account

Это надо живым.

« previous entry | next entry »
июн. 14, 2009 | 06:34 pm

Публикуется с любезного разрешения автора.
© Игорь Хлопов
===================================
Я не притрагивался к этой истории больше года. Может быть даже полтора. Меня она больше не интересует. Когда–то я думал, что написанное будет моим первым романом, жизнь сама все расставила по местам. Это наброски. Черновики, не больше относитесь к ним соответственно. Я мог бы это выбросить, но справедливее отдать вам, — развлекайтесь. Может, узнаете что–то важное. Я прожил эту жизнь слишком давно, чтобы пытаться в нее влезть еще раз, соответственно писать об этом все дерьме больше не буду.

**

Пытаться перещеголять мертвых корифеев – Берроуза, Бодлера, Де Квинси и прочих бесполезно. Да я и пытаться не буду. Тема совсем не нова, и вряд ли я смогу исторгнуть из себя какое–то открытие. Я всего лишь сменю декорации и время. Ни Шотландии, ни Америки, ни Парижа. Только Москва. Только обычная московская лестничная клетка возле мусоропровода. Та самая лестничная клетка, о которой так многие знают так многое. Я не могу исключать, что за последние 7 лет в области употребления опиатов что–то изменилось. Не исключаю, но и не верю, ведь я, как и Вы, прекрасно знаю, что в Афганистане талибы продолжают увеличивать посевные площади, в Узбекистане, Таджикистане и иже с ними продолжают править средневековые восточные князьки, кино, книги и журналы по–прежнему полны скрытой рекламы. Ну, а молодость… а молодость также как и тысячу лет назад полна желания. Желания получить кайф. Желательно быстрее и желательно ничего для этого не делая.

Здравствуйте, меня зовут Игорь Хлопов
Здравствуй, Игорь Хлопов
Я употреблял героин 6 лет. Я не употребляю героин уже 8 лет
Ты молодец, Игорь Хлопов
Я знаю.



1.
— привет, классный плеер, — именно с этой фразы, сказанной мною в 11–12 летнем возрасте, для меня начались наркотики. Тогда я, разумеется, еще не знал, что с произнесением этих слов моя жизнь изменится, но она изменилась. Я был обычным пятиклассником, учившимся в хорошей школе, и жившим в полной благополучной семье, которая принадлежала к тому самому только народившемуся среднему классу, уничтоженному страной в стране в 1998 году.
— привет. Нравится? Возьми послушать, — для начала 90ых плоский японский кассетный плеер для 13–летнего пацана являлся не то, что пределом мечтаний, а чем–то за гранью оных. В особенности, если тебе давал его послушать человек, на порядок старше тебя. «Порядок» составлял 5 лет. Андрей – обладатель чуда техники жил в том же подъезде, что и я. Я на семнадцатом, он на одиннадцатом этаже. Его родители были в зарубежной командировке в одной из стран центральной Африки; он поступал в МГИМО.


В нашем подъезде жило много семей, побывавших на исторической родине человечества. Первое мое детское воспоминание – отец, уезжающий в Эфиопию, а я сижу и играю с солдатиками. Все воспоминания о следующих 3 годах моей жизни – советская военная часть недалеко от Аддис–Абебы, — мы с матерью последовали в направлении Африки вслед за отцом спустя несколько месяцев. Наша семья провела в Африке 4 года, куда отец – выпускник института иностранных языков им. М. Терезы, был отправлен страной военным переводчиком, поддерживать Мингисту Хайли Мряма. Мингисту, как я понял в детстве, был парнем, уничтожавшим с помощью автомата Калашникова соседнее племя. Помогать в этом Мингисту в нашей стране называлось «исполнять свой долг перед родиной». Не берусь судить о степени «лихости» военной службы во время «кампании», поскольку мне было во время командировки всего с 3 до 6 лет, и я воспринимал окружающую действительность исключительно в рамках забора безопасного военного городка. Впрочем, дикие
животные на территории городка водились. Засыпали мы под нескончаемый вой гиен, на балконе можно было обнаружить сову, а неопознанные представители семейства кошачьих прыгали на спины людей идущих из бани. Моим личным проклятием стали мартышки, вырывающие из рук конфету.

Моя семья. Наверное, будет уместно рассказать что–то. Социальная доминанта личности, морально–нравственный императив и прочие вещи, определяющие нашу суть. С моей колокольни это все так же банально как и “father, yes son, I wanna kill you, mother, yes son, I wanna fuck you”, — нельзя сделать больше одного раза. Хотя, конечно, есть люди с реально сломанной башкой. Они способны и не на такое.

Итак, зачат я был, когда матери было 18, а отцу 19. Жили они каждый с родителями, отец трижды поступал в институт иностранных языков, «от армии косил по почкам» и по отцу, соответственно, моему деду – военному разведчику. Мать училась в педагогическом. После заключения брака (мне в материном животе было на тот момент 3 месяца) они переехали к бабушке по линии матери, в обычный дальний спальный район Москвы конца 70–ых.

Для тех времен служить в Африке, помимо прочего, означало получать деньги в чеках, которые фактически и были той самой запрещенной в стране валютой. Перерождавшееся во что–то иное государство начало строить в Крылатском французского образца спальные районы 17–ти этажных домов (впоследствии французское правительство признало построение этих голубых панельных карточных домиков в своей стране большой ошибкой). По старой привычке места в таких домах распределялись путем распределения между сложившимися социальными группками. Так что в нашем доме жило много военных переводчиков, в соседнем много таксистов. Еще один дом в нашем дворе был совсем не благополучен в общепринятом смысле слова. Его юные обитатели в первый раз залетали в места не столь отдаленные уже в 16 и уверенно продолжали на этом поприще. С этими людьми у меня всегда было полное взаимопонимание, несмотря на то, что явно не принадлежал к этой среде. Наверное, со мной им просто было о чем поговорить. Мне с ними точно было о чем. Самой большой достопримечательностью двора был эстрадный певец Муромов, вошедший в столетия своим гимном «яблоки на снегу». У Муромова была черная чайка, на которой он никогда не ездил. Муромов был постоянно пьян.

Возвращаясь к Андрею, мы даже внешне были немного похожи: оба русые, оба с длинным носом, худощавые, невысокие. Андрей говорил, что я всегда напоминал ему его погибшего младшего брата. Каждому из нас в жизни кого–то не хватало: ему младшего, мне, наверное, старшего. Мы сдружились. Я стал регулярно проводить вечера у Андрея дома, благо отсутствие родителей и дистанция в 6 этажей на лифте располагали. В основном мы рубились в футбол на только появившейся игровой приставке и смотрели кино. Мои родители были всеми руками за эту дружбу «так он научится самостоятельности», — считали они.

По прошествии 2 лет такого знакомства, мы сидели у Андрея на кухне, с еще одним нашим соседом – Олегом, жившим в нашем подъезде на втором этаже. Олег был ровесником Андрея, чем он занимался в жизни, осталось для меня загадкой. То, что он не был маргиналом, могу вам гарантировать.
— ну, что, попробуешь? – Антон вопросительно посмотрел на Олега.
— я все равно не пойму, я уже накурен, — после этого они усмехнулись и дружно посмотрели на меня, я сидел, не понимая сути диалога.
— хочешь попробовать покурить траву?

Никогда не понимал тех, кто отказывается попробовать в первый раз. Мне кажется, что интерес в такой ситуации всеобъемлющ и неостановим. Сейчас в отношении наркомании говорят о роли семьи. Не думаю, что мои родители пропагандировали нездоровый образ жизни, так что, это все–таки склад характера, уверен, что большинство отказавшихся сделали это от страха или ограниченности. Я же всегда был натурой любознательной, так что принял предложение с энтузиазмом. Еще я не понимаю тех, кто говорит, что им в первый раз не понравилось. Мне понравилось, и еще как! Спустя 5 минут после первой затяжки я обнаружил себя истерически смеющимся и повторяющим как заведенный «я ничего не чувствую, я ничего не чувствую, я ничего не чувствую». Моя реакция явно радовала присутствующих. Олег купил стакан того, что я только что курил, а мы с Андреем отправились смотреть кино. Для меня первый разом, когда я покурил траву, стал эмоциональным оргазмом от просмотра «Дракулы Брэма Стокера». Обострившееся до пр
едела восприятие позволило мне буквально прожить жизнь каждого из героев на экране, я смог влезть в их шкуры, пережить вместе с ними восторг, и страх, и любовь. Я был потрясен. Безмерно обострившиеся органы чувств расширяли палитру красок и переживаний до бесконечности. Первые несколько лет употребления, ощущения от курения марихуаны можно сравнить по эмоциональному накалу с прослушиванием любимой музыки или написанием стихов. Они льются безостановочного из неизвестного тебе доселе мира. Свободно, плавно, в точности отражая окружающую действительность и в тоже время привнося что–то новое, неизведанное. Образы зрительные, слуховые воспринимаются под совершено необычным углом, расширяя пространство сознания и позволяя погрузиться в созерцание мира под необычным углом. Именно это чувствовали Берроуз, Бодлер, Моррисон и Хаксли. Они чувствовали, что двери познания открылись и можно заглянуть туда, — на другую сторону. Неудивительно, что именно пытливый острый и в тоже время чувственный гений Бодлера увидел и описал ту ужасную ловушку, которая скрыта в средстве, позволяющем достигнуть такого обострения человеческих возможностей. Совершено неудивительно, что так называемый клуб гашишистов во главе с Бодлером и Теофилем Готье почувствовав угрозу, исходящую от наркотиков, был самораспущен как не позволяющий личности каждого из поэтов и писателей, состоявших в нем, прогрессировать. Деградация духа, деградация самого необъяснимого – души – та плата, которую ты вынужден отдавать за возможность познать то, что недоступно обычному человеку. Когда ты только начинаешь расширять свое сознание, поток льётся чистым ручьем. Со временем, порок воли все меньше позволял этим поток воспользоваться. Это напоминает со временем муки Тантала, ты никак не можешь вынести свой камень на вершину горы, твоей темницей становится собственная темница духа. Привычка к получению чего–то задаром, не вкладывая в это труд, обрушивается параличом, не позволяя вынести на свет то, что только что получил. Наркоман превращается в раба своей привычки, раба, который за удовольствие поглощать духовную пищу шаг за шагом лишается непосредственно собственного духа. Это высокая цена. Морально — нравственный императив наркомана рушится, границы добра и зла стираются, наркоман начинает себе позволять вещи, не принятые общественной моралью. На моей памяти не существует ни одной книги о наркотиках, в которых бы говорилось, что наркотики это – хорошо.


2.

Годы спустя, после рассказа о том как я попробовал в первый раз, многие меня спрашивали «а как это было во второй раз?» и я всегда для смеха отвечал «а во второй раз я купил у Андрея». В общем–то это близко к правде, наркотики заставляют их покупать. Что поделать? Законы рынка. Прошел год и все вокруг словно сошли с ума из–за травы. За углом нашей школы можно было встретить самого что ни на есть распоследнего отличника, курящего косяк, и таким образом стремящегося хотя бы в последний год учебы доказать окружающим, что он что–то из себя представляет. Девушки не отставали от молодых людей, и марихуана была в кармане чуть ли не у каждого. У меня складывалось впечатление, что даже преподаватели в курсе того, что десятые и одиннадцатые классы непрерывно во время перемен курят траву. Тонкими намеками они давали нам понять, что с этим делом пора завязывать, но никого это не останавливало. Дошло до того, что в трехдневную экскурсионную поездку в Санкт–Петербург двумя классами на всех был взят целый мешок марихуаны, причем никто не думал о том, что это может быть опасно.

Никто в те годы не имел даже толики представления о том, что такое наркотики. Хлынув в страну в результате падения железного занавеса вместе с колбасой, они заполонили все вокруг. Почему–то никто не удосужился сказать гражданам, что они собой представляют, и чем грозят. В этой области, как и во многих остальных, царил бардак, очень многим стоивший здоровья, а кому–то и жизни. Добавляли в массовую молодежную истерию и средства массовой информации вроде журналов «ОМ» или «Птюч», исподволь внушавшие людям, что наркотики это можно и это безопасно. Не знаю, делалось ли это намеренно, но то, что наркотикам эти «средства массовой информации» делали хороший пиар, однозначно.

В одночасье купить стало можно на каждом углу. Северо–запад Москвы со временем стал просто утыкан точками, где травой и гашишем торговали глухонемые. В основном это были парки, которые было трудно прослеживать милиции. В Суворовском парке, в парках на Рублевском и Аминьевском шоссе, при желании найти наркотики можно было очень легко. Часы работы были всегда дневные, и немые редко позволяли себе опаздывать. Очень часто можно было видеть кучкующихся на тихой аллейки молодых людей в общем количестве человек под 50, которые при виде согбенных трех фигур, входящих на аллею, вдруг отрывались от своих перевернутых вверх тормашками газет, и галопом неслись в их сторону, чтобы купить пару – другую спичечных коробков. Вокруг всегда выглядевших несчастными немых образовывалась куча. Поскольку просчитать точно сколько именно покупателей будет в этот день и сколько именно коробков им будет нужно, немые не могли, многие покупатели оставались обделены и им приходилось тащиться в какое–то еще место. Должен заметить, что трава у немых всегда была превосходного качества, и я провел ни один день, зависая на задней лестнице своего дома, пытаясь собрать мысли в кучу и более–менее адекватным явиться домой.

Помимо глухонемых друзей, наркоманам помогали удовлетворять их нехитрые потребности солдаты – срочники, служившие в гарнизонах, расположенных в городе, а также работавшие на многочисленных стройках города. Одна из точек, где можно было купить, располагалась на стройке в Фили–Кунцево. Торговал там упитанный азербайджанец по прозвищу «Сметана». С ним иметь дело было просто и приятно. Он всегда был улыбчив, а найти его на территории стройки было легко практически в любое время. Самой же удобной точкой был… мой собственный двор, в котором торговали всё те же немые. Дело дошло до того, что каждый день в три часа я в тапочках выходил на улицу, покупал у них превосходного качества гашиш и шел домой. Большинство людей гашиш курят, я же предпочитал по рецепту Графа Монтекристо или Старца горы его есть. Вернее сказать, пить, растворяя по полграмма в чашечке кофе. Способ был не из экономичных, зато позволял оказаться прямо в сказке. Помню однажды, гуляя с другом по парку, предварительно
закинувшись все теми же «по полграмма» мы вполне серьезно пытались искать гномов под упавшими деревьями. Зачастую я не утруждал себя приготовлением по всем правилам — то есть в свежесваренном кофе, и мельчил плитку в спрайт прямо за обедом с родителями.

3.

Одним из самых популярных мест покупки была военная часть «три шестерки», расположенная на Карамышевской набережной. Откуда солдаты брали траву мне неизвестно, могу только предполагать, что ее привозили те служащие, чьей родиной была южная область нашей родины. Стандартным вариантом покупки было забраться на гаражи, примыкающие к территории, посвистеть и сказать появившемуся защитнику родины, сколько именно тебе нужно. Дальше ты отдавал деньги, а тебе бумажный пакет с травой. Многие избегали варианта с гаражами и старались купить прямо на проходной. Частенько это удавалось, но частенько заканчивалось плачевно, потому что возле проходной постоянно «шакалила» милиция и мелкие бандиты. На этой самой проходной состоялось и мое первое знакомство с ними. Я как раз купил пару небольших пакетов и неторопливо выдвигался в сторону автобусной остановки, чтобы отправится домой. Из–за угла ко мне на быстрой скорости подъехала черная волга, с водительского сиденья молодой человек не очень
презентабельной внешности показал мне красную корочку, после чего меня запихнули на заднее сиденье между двумя здоровыми шкафами. Машина тронулась.
— наркотики покупаем? – тон был издевательским, лицо вопрошающего было суетливо и носило какой–то нездоровый отпечаток непонятной болезни. Возможно душевной.
— да нет, я тут мимо гулял, — я был напуган, потому что два бумажных пакета травы в кармане моей куртки с капюшоном тянули лет на 5.
— что ж, сейчас посмотрим, ребята с обеих сторон дружно залезли мне в карман куртки, — таааак, а это что такое? – неизбежное становилось реальностью на моих глазах.
— я не знаю.
— зато мы знаем, — пакет с травой плавно перекочевал в карман человеку с больным лицом, — что еще у нас есть?
«У нас» было еще порядка 20 долларов, которые моментально последовали в том же направлении, что и трава.
— у него всё, — сказал обслуживавший меня мент водителю, и тот притормозил. Я получил пинка под задницу и вылетел из машины, а черная волга отправилась дальше по своим делам. Я так никогда и не узнал, были ли это настоящие сотрудники министерства внутренних дел, или же просто ловкачи, зарабатывающие себе таким вот нехитрым образом на жизнь. В любом случае, лазить по карманам в тесноте машины было неудобно, и забрать им удалось только один бокс, чему я был несказанно рад. Сейчас я вспоминаю, что на кисти того самого «милиционера», который меня обыскивал, были наколоты 5 синих точек, красноречиво обозначавших, что он побывал «один в четырех стенах», а проще говоря, в тюремном карцере. 15 – летнему пацану, когда его принимают с двумя пакетами травы в кармане, поверьте мне, совсем не до сопоставления фактов и уж тем более не до того, чтобы пытаться возражать четверым бугаям, наводнившим черную волгу. Я был ужасно испуган, но, почему–то в употреблении это меня не останавливало. В этой опасности не было ничего хорошего, но и выступить сдерживающим фактором она не могла.


4.

Помимо школы, в моей жизни большое место занимал двор, в котором я жил. В детстве это был футбол. После окончания уроков погонять в футбол приходили почти все. Это было гораздо интереснее, чем учить уроки. Национальность, вероисповедание, классовая принадлежность не имели значения. Имело значение, как хорошо ты играл в футбол. Это изменилось, когда большинство подошли к 15–летнему возрасту. «Тот, кто учился в спец. школе вряд ли поймет того, кто в 16 сбежал из дома». Я учился в английской спец. школе, а в соседнем доме пара парней к 16 годам уже вынесла свой первый магазин. Избежать общения было невозможно, тем более, что все всё равно встречались, покупая траву. Там где наркотики, там криминал совершенно разных мастей, это – аксиома. Как только государство что–нибудь запрещает, возле этого сразу образуется преступность.

Если бы в те годы сняли фильм «Бумер», его режиссер стал бы небожителем, а актеры секс – символами навсегда. Достичь «высот», снятых в фильме мечтали все, хотя объективно плавали очень, очень мелко. Не попасть в 16 лет под влияние таких соседей невозможно. Все стали играть в крутых. Большинство предпочитало держаться стайками. Было модно рассказывать как на выходных ты в МДМе продавал старым дебилам под видом экстази простой аспирин, а потом советовал «жертвам» выпить побольше, а то иначе не вопрёт.

Толпа гопников: –Ээ! Братишка, слышь? Подойди сюда, поговорить надо.
Прохожий: –Зачем? –Не, ну подойди сюда, чё тебе трудно чтоли? –Зачем? Не хочу…
–Идю сюда говорю!!! –Не… (ускорил шаг) –Да стой ты, сука, блядь!… (догоняют) –Да чё надо вам?.. –Ты чё, сука! Я же сказал "стой!" У тебя эта… деньги есть? –Нету. –Как это нету, на хуй… Ты чё тянешь–то всякую хуйню?.. –Да нету у меня!.. –Да ты стой… Да стой ты, куда пошел!!! Во лох, а…
–Да чего??…
–Да ты не плач, главное… Чё у тебя вон в карманах торчит? Ну–ка это… доставай. –Ну нету у меня денег! –А хули ты пиздишь–на? Я же вижу, вон кошелек… Ну–ка, помогите–ка мне… (хватают за руки, за ноги, другой достает из кармана деньги, прохожий вырывается и плачет) –АА!!! Блядь… Это что, не деньги?? АА!!! (удары кулаком в грудь, в живот) –Ну не бейте, всё! Деньги взяли и всё, ну не надо, а!!.. –ААА!!! Бля… (еще удары) Вот тварь!… Бляя… (пинки ногами) –Во лох!! Хуя–себе… Во бля!… (мочат всей толпой) –Ну ладно, хорош, наверное, его мочить…
–АА!! Бля… Держите меня или я точно убью его! Во сука… Блядь!…
–Да пошли, всё, пошли! Хватит, я говорю! –Аааа!! Бля…

К определенному периоду сформировался кружок тех, кто, действительно «в теме» тех, кто старался казаться в теме и всех остальных. Наша «великолепная пятерка» была во второй группе, и все об этом знали. Это было напечатано на наших лбах. Мы не были лохами, но мы были в заднице. «В простонародье именуемая шайка», это было не про нас. Про нас было «пытающаяся казаться крутой шпана». Хотя даже «шпана» эпитет через чур. Гарин был негласным вождем. По поводу определения главных никаких политбюро не собиралось, все решалось чутьем. Тот, чье самодовольство перевешивало, и был главным. Проблема Гарина состояла в том, что за его самодовольством ничего не было, все его серьезные дела были блефом. Наша проблема была гораздо серьезней – мы во все эти «дела» верили. Несмотря на попытки выглядеть человеком серьезным, решающим, Гарин был всего лишь обыкновенным мажором, делающим вид, что с кем–то там знаком. Пара связей поддерживала этот миф, но связи эти были ни к чему не обязывающими и играющими представительские функции. Гарин коротко стригся, имел крупный лоб, челку чуть короче чем у Кобзона и очень любил одежду. Она была частью имиджа любого «пацана», и Гарин, как лидер, должен был соответствовать более чем. Аксессуаров на мнимый авторитет надо навешивать как можно больше. Для общественного сознания, если у тебя есть деньги на 10 пар кроссовок, то ты в порядке – зарабатываешь. А как именно, это вроде бы по понятиям и не ваше дело. То, что деньги на 10 пар кроссовок Гарину давали родители, им скрывалось. Я и до сих пор в этом не уверен. Просто предположение. Гарину ничего не стоило сделать что угодно ради собственной выгоды. Он, бывало, давал всем покурить табак, замешанный без гашиша, уверяя, что он там есть.

Узбек предпочитал, чтобы его называли «Италия». Первый вариант прозвища ему был дан за азиатскую внешность, на втором он настаивал из–за того, что являлся обладателем зажигалки Зиппо с выбитым названием этой средиземноморской страны. Со временем все привыкли, к тому, что «Узбек» используется для пренебрежительных интонаций, а «Италия» для хвалебных. На самом деле Узбека звали Илья. Семья без отца, но с крутой мамой, старавшейся держать сына в ежовых рукавицах. Получалось у нее плохо, к 16 Узбек уже воровал магнитолы из машин. Аслан с детства был художником. И с детства искал пути расширить свое сознание. Из многодетной семьи, с одинокой матерью. Из нас он точно был самым одаренным. Беда была в том, то с талантом надо было работать, а Аслан предпочитал этому двор. Нормальный выбор. Аслан не был потенциальным преступником. Порядочность также трудно вычистить из души, как говно из рифленой подошвы. Денис по кличке «Лысый» был из обычной семьи. Официозным языком это называется «благополучная семья». Как его занесло во всю эту историю, я вообще не понимаю. Кличку «лысый» он получил совсем не за то, что был лысым быком, в кожаной куртке, с золотой цепью на шее. Он просто однажды побрился налысо назло своей маме.

Я был старше всех года на два, и был вторым после Гарина. Если оценивать мой характер, я был в компании самым слабым. Я был бесконфликтным и считал, что спорить о чем–то глупо. Я безропотно склонялся перед авторитетом Гарина, работая на свое второе место в иерархии. Тем не менее, своим до конца в том мире я никогда не был. Я не мог украсть, я не мог сушлить, я не мог обмануть. Естественно, что мое выпадение из общепринятых стандартов этой маленькой субкультуры выражалось и во внешнем виде. Внешний вид часто является решающим фактором отторжения определенной группой индивидуума. Так вот у меня была масса отличий от общепризнанных стандартов: Я отличался всем – прической, которая была недостаточно коротка, воспитанностью, которая прививалась с детства, кепкой, на которой был шотландский помпончик, музыкой наконец. Все слушали что–то наподобие «higher state of consciousness», которую называли «свистелка» — электронная музыка становилась все более популярной, в том числе и из–за наркотиков. Я предпочитал рок н ролл. Для «пацана» это было несерьезно – это был не мой мир, но я был вынужден жить по его законам. Конечно же, из–за наркотиков. Вернее «уже из–за наркотиков». Честное слово, они мне нравились.

Именно в таком составе мы и встретили превратности употребления наркотиков. Не самая легкая доля. Со временем всеми делами, которые заботили нашу пятерку, стали регулярные употребления травы и сидение во дворе. На что–либо еще нас не хватало. Было лето, заняться было нечем, у всех были школьные каникулы, а я только–только поступил в МГИМО. Бегая по точкам в поисках травы, время бежит незаметно, так же незаметно пришла и осень, а за ней зима, с этой зимой 1995 года в мою жизнь пришел героин.

5.

В первый раз я увидел, что такое героин в кино. Это был Джон Траволта в «Криминальном чтиве». Для сознания подростка его персонаж, — богатый, опасный убийца, едущий в кабриолете, предварительно уколовшись героином, был неотразим. Черт побери, я до сих пор считаю, что Траволта сыграл так, как мог сыграть только человек «в теме», человек знающий на собственном опыте, что именно он играет. Эта же характеристика натуралистичности сыгранного относится и к Рентону в «Trainspotting», но он был позже. Первым был крутой гангстер по имени Винсент Вега в красном кабриолете и с шикарной девушкой, — Умой Турман на соседнем сиденье. Саундтрек к фильму в то лето звучал из каждой палатки. Калифорнийский гангстер был неотразим, а у нас были зеленая нива и очень темная холодная ночь. Придумал это всё он. Не помню, пробовал ли он до этого, это и не важно. Мы с Гариным, правда, не на кабриолете, ехали к магазину «Электроника» на Ленинском проспекте. В 95ом какое–то время точка, где торговали студенты с Африканского континента, была там. По радио звучали аккорды 106.8. Каждый раз, когда мы ловили машину, Гарин в своей вечной быдловатой форме просил у водителя поставить радио «Станция». Водитель с гарантией в 100% воспринимал услышанное как одно слово «радиостанция», и переспрашивал «какую радиостанцию?» Гарин резко, как будто тупому объяснял ему:
— я сказал радио. Станция. «Станция» это название. 106.8 частота.

Я нервничал и был нетерпелив. Можно сказать, что я боялся. Позже эти пейзажи станут знакомыми. Дорога – Кунцевская, Аминьевское шоссе, Очаково, Мичуринский, Южка. Я сидел на заднем сиденье и смотрел в окно на свет в окнах панельных домов.

Как и любого, кто покупает сам в первый раз на общеизвестной точке, а не через барыгу, нас почти кинули. Те времена еще не были жесткими, и за простой подогрев ребята всегда были готовы помочь. Уже позднее неопытных разводили по полной программе. Вернее, разводила зависимость. Около магазина «Электроника» в руке у нас оказались два шара, мы оказались в машине, машина оказалась в нашем дворе. Это тоже довольно яркое воспоминание – я сижу лицом к окну, и на фоне ночи Андрей на сигаретной пачке раскладывает дороги героина. Первого попробованного мною. В первый раз попробовать героин, это все равно, что первый секс. Если героин хорошего качества, вероятность того, что это понравится, близка к 100%. И вот, мы сидим на задней лестнице подъезда, вспыхивает медленный огонек от зажигалки, прикуренная сигарета, второй этаж из семнадцати. Стены окрашены в зеленый. Из–под стен пробиваются змейками полоски цемента. Художественная индустрия. Там и сям запятые, из некоторых сложены странные рисунки. У себя на этаже я рисовал что–то вроде фигурки божества майа, но там, на втором этаже, были мотивы волн, запятые были длинными. Угасающий черный уголь подхватывался следующим погасшим беломором и завивался, сливаясь, сливаясь. На мне была кожаная куртка с мехом. По пояс. Молния расстегнута, потому что подъезд, на улице минус 15. Через 5 минут куртка все еще расстегнута, на улице всё те же минус 15, но уже не важно. Проводишь рукой по лицу, медленно, этот жест останется на долгие годы. Нос чешется, но рукой проводишь по лицу не из–за этого. Я не знаю, как точно объяснить. Как будто лицо ужасно устало и его хочется оттянуть вниз, как в каком–нибудь мультфильме, а оно с щелчком и реверсией встает обратно, но усталость не снимается. Тебе так только кажется. Глаза прикрыты, их внешние уголки опускаются вниз, ты суешь руки в карманы.
— надо подогреть пацанов.
— далеко?
— кайф у нас, так что это им надо идти.
— хорошо.

Говорить о чем–то не очень хочется. Кайф настолько сильно проник в каждую клеточку твоего организма, что его вполне достаточно для того, чтобы ничего не объяснять. Он настолько сильный, что закладывает уши. Героин – физическое удовольствие. Минус 15, куртка расстегнута, но это неважно, сигарета в руке, 20 минут ходу, надо купить простой LM – они покрепче и именно то, что нужно. Еще один подъезд. Все тот же спальный район, подъезд, из–под стен пробиваются змейками полоски цемента. Там нас встречают трое друзей.
— будете?
— да. А что чувствуешь?
— охуительно. Как будто рай можно пощупать руками. Он в каждой клетке твоего тела.

Попробовали тогда все. Мы стояли, почти не разговаривая, и погружались в новый для нас мир опьянения опиатами. Он однозначно был лучшим из всех миров, в которых мы успели побывать. Все беспрерывно чесали ноги и носы и блаженно улыбались в никуда. Первым проблевался я. Как ни странно ощущение того, что ты освобождаешься от содержимого желудка, было приятным, в отличие от ощущений, когда блюешь перебрав алкоголя. После того как тебя стошнит, на тебя накатывала новая волна кайфа. В отличие от опьянения марихуаной, мир оставался четким и ясным, не менялся. Менялось только что–то внутри тебя. Ты становился действительно счастливым и самодостаточным в своем эгоистичном счастье.

Нам всем более чем понравилось. Помимо физического наслаждения, героин дарует забвение собственной слабости. Тебе начинает казаться, что все самое худшее в тебе умерло. В тебе умерли твои страхи, твоя неуверенность в себе и в своем будущем. Постепенно, шаг за шагом героин избавляет тебя от всех вокруг, даруя взамен себя. Себя и ничего более. Это напоминает служение – ты отказываешься от всего, ради того, чтобы иметь возможность становиться единым целым с наркотиком день ото дня. Все остальное перестает иметь значение. Как говорится: «раньше у меня было много проблем, а теперь только одна – героин». Самое же страшное заключается в том, что героин полностью избавляет тебя от индивидуальности, от собственной личности. Все героиновые наркоманы поведенчески очень похоже. Наверное, можно сказать, что героин заменяет твою личность собственной — собственной — лживой, трусливой и готовой абсолютно на всё лишь бы задержаться в мире, а значит и в твоем теле, на как можно более длительный срок.

Магазин «электроника» в качестве точки очень быстро сменила улица 26 Бакинских комиссаров, в наркоманском простонародье именовавшейся «Лумумбой». Как я подозреваю, неграм было излишне хлопотно далеко отъезжать от общежитий, в том числе и по соображениям безопасности, поэтому торговля переместилась прямо к их Институту. Наши визиты на улицу 26 бакинских комиссаров стали регулярными. Нередко мы ездили по – трое, или все вместе. Понюхать героин раз в неделю стало обыденным. Буйным цветом расцвела торговля «медикаментами» возле Первой аптеки. Народ, собиравшийся там в середине 90–ых, по определению был крайне стремным. Со всей Москвы на Лубянскую площадь съезжались торчки, либо для того, чтобы затариться салутаном, йодом, соляной кислотой и щелочным раствором для варки винта, либо для покупки пары пластин желто–зеленого Трамала — лекарства, содержащего опиаты. Все эти «лекарства» были в продаже только по рецептам, но, начиная с самого выхода из метрополитена, можно было найти кучу бабушек – одуванчиков, с радостью делавших свой небольшой бизнес, продавая таблетки, запрещенные к свободному обороту. Эта «точка» работала в Москве, начиная с 80–ых годов, и, как мне кажется, продолжит работать вечно. Куда смотрят органы, расположенные прямо через площадь, остается только догадываться. Трамал был слабым заменителем настоящего кайфа, но иногда приходилось писать на простой, в связи с отсутствием гербовой. 6–7 таблеток вполне хватало для получения нужного эффекта, а сама процедура покупки была легка и почти не палевна. Тем не менее, по прошествии нескольких лет, все обнаружили, что на Лубянке вполне могли и кинуть. Однажды к нам подошел молодой человек, предложивший показать барыгу, спрятавшегося в магазине. Когда мы обо всем договорились и отдали «наводчику» деньги, к нам вышел престарелый молодой человек, отведший нас за ближайший угол и сказавший «давайте деньги…» Аргумент в виде фразы «мы отдали деньги человеку, который позвал тебя» не сработали, и нам оставалось только обвинять себя в глупости. В любом случае, Лубянка всегда была крайним вариантом. Все пути вели на улицу 26 Бакинских комиссаров.


© Игорь Хлопов
Вторая часть
Метки:

сцыла | Сказануть |

Comments {123}

Страница 1 из 4
<<[1] [2] [3] [4] >>

trinadzatij

Тема не прописана

from: trinadzatij
date: июн. 28, 2009 09:44 am (UTC)
сцыла

Отличный текст.
Прошу прощения, что лезу с советами, но не могли бы вы в концах глав делать ссылки на продолжение? Считаю, что так было бы удобнее

Забазарить | Ветвь дискуссии

3ve3do4et

Тема не прописана

from: 3ve3do4et
date: июн. 29, 2009 08:39 pm (UTC)
сцыла

Да, пожалуй Вы правы, надо будет переработать посты.

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии | Развернуть

Полина

Тема не прописана

from: afinyanka
date: июн. 30, 2009 07:33 am (UTC)
сцыла

спасибо за текст
с ужасом вспоминала и моменты своей молодости

Забазарить | Ветвь дискуссии

rocket_fish

Тема не прописана

from: rocket_fish
date: июн. 30, 2009 07:45 am (UTC)
сцыла

Очень сильно. Первая половина рассказа очень похожа и на мою жизнь, с той лишь разницей, что я гулял в чужом дворе. И не понятно каким образом перестал общаться с теми ребятами. И я знаю, трое из них торчат.

Забазарить | Ветвь дискуссии

ddfame

Тема не прописана

from: ddfame
date: июн. 30, 2009 07:49 am (UTC)
сцыла

По-моему, просто отлично!
А продолжение в ЖЖ будет?

Забазарить | Ветвь дискуссии

3ve3do4et

Тема не прописана

from: 3ve3do4et
date: июн. 30, 2009 07:51 am (UTC)
сцыла

Если когда-нибудь Игорь напишет и позволит выложить - то будет. Но, ИМХО, сие произведение есть логически оконченным.

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии | Развернуть

vitalenergy

Тема не прописана

from: vitalenergy
date: июн. 30, 2009 07:59 am (UTC)
сцыла

какая мудотень, откровения нарика и гопника о его "тяжелой" жизни

Забазарить | Ветвь дискуссии

dimitriynp

Тема не прописана

from: dimitriynp
date: июн. 30, 2009 09:11 am (UTC)
сцыла

+1

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии

(Удалённый комментарий)

Джо Данте

Тема не прописана

from: joe_dante
date: июн. 30, 2009 08:10 am (UTC)
сцыла

Отлично.
Спасибо.

Забазарить | Ветвь дискуссии

kmdfm

Тема не прописана

from: kmdfm
date: июн. 30, 2009 10:04 am (UTC)
сцыла

страшный текст.

мне довелось хоронить тех, кто не пережил увлечения.
и наказывать тех, кто торговал.

хуже наркоторговцев, вероятно, только политики.

Забазарить | Ветвь дискуссии

Татьяна

Имени кого? Матери Терезы? :)

from: tatale
date: июн. 30, 2009 10:57 am (UTC)
сцыла


отец – выпускник института иностранных языков им. М. Терезы

Забазарить | Ветвь дискуссии

3ve3do4et

Re: Имени кого? Матери Терезы? :)

from: 3ve3do4et
date: июн. 30, 2009 11:00 am (UTC)
сцыла

Могу поинтересоваться у автора, если Вам так принципиально 8)

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии | Развернуть

georg_m85

Мао

from: georg_m85
date: июн. 30, 2009 11:02 am (UTC)
сцыла

Великий Мао взял на центральной площади и сделал казнь в Пекине! Публичной! Вот и пропали опиумные салоны от которых Китай задыхался!

Забазарить | Ветвь дискуссии

3ve3do4et

Re: Мао

from: 3ve3do4et
date: июн. 30, 2009 11:04 am (UTC)
сцыла

у нас понабегут сердоболы, которые начнут вещать о том, что так не по-христиански, и представители международных организаций по защите козлов от бобров, тоже будут вещать о гуманизме. Но лично я - согласен.

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии | Развернуть

(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)

gerasim13

Тема не прописана

from: gerasim13
date: июн. 30, 2009 11:22 am (UTC)
сцыла

Спасибо. Страшно, но интересно.

Забазарить | Ветвь дискуссии

ветер

Тема не прописана

from: not_simpson
date: июн. 30, 2009 11:56 am (UTC)
сцыла

а конец статьи. как завязал то?
трагедия где?
а то конец на взлете получился
просто интересно.

Забазарить | Ветвь дискуссии

Alex Daoman

Тема не прописана

from: daoman_off
date: июн. 30, 2009 01:15 pm (UTC)
сцыла

зеленые стены подъездов ))) я их вижу буквально после ваших слов снова )))

Забазарить | Ветвь дискуссии

mr.shpakoff

Тема не прописана

from: shpakoff
date: июн. 30, 2009 01:48 pm (UTC)
сцыла

Отличный текст
Вспонилось...

Забазарить | Ветвь дискуссии

Меф

Тема не прописана

from: _mef
date: июн. 30, 2009 01:58 pm (UTC)
сцыла

Закатывать камень на гору - не танталовы муки, а сизифов труд:)

Есть ляпы фактические, стилистические, но в целом интересное повествование на тему, к которой я в свое время прошел по касательной. Спасибо.

Забазарить | Ветвь дискуссии

beef34t3r

Тема не прописана

from: beef34t3r
date: июл. 9, 2009 12:48 am (UTC)
сцыла

на тему, к которой я в свое время прошел по касательной

да ладно про стилистические ляпы в тексте ))
а текст сильный, жирный в деталях и красках.

Забазарить | Уровень выше | Ветвь дискуссии

inch

Тема не прописана

from: damagepeople
date: июн. 30, 2009 02:31 pm (UTC)
сцыла

да уж не Берроуз нихуя)))

Забазарить | Ветвь дискуссии